«Соперничать с ними тяжело»

В этом году в элите европейского виндсерфинга неожиданно для всех появился спортсмен из России. На завершившемся в Греции третьем этапе Кубка Европы по фристайлу Егор Попретинский занял пятое место. Сейчас 21-летний петербуржец идет на седьмой позиции в общем зачете Кубка. Специалисты особенно выделяют Егора за его стиль катания, стабильность исполнения сложнейших связок и уверенное катание в поединках с лидерами.

 

В первом этапе Кубка, состоявшемся в Испании в конце марта, Егор стал шестым, одержав победы над первым и четвертым номерами европейского рейтинга. В мае на совмещенном этапе мирового и европейского тура в Австрии Попретинский выиграл у шестого номера мирового рейтинга, уступил вице-чемпиону мира 2006 года, и занял девятое место. И вот теперь в Греции Егор во втором круге прошел третьего призера Кубка Европы сезона 2006 шведа Андреаса Оландерссона, но в поединке за выход в полуфинал двукратный чемпион Европы Андре Пасковски из Германии взял у Егора реванш за мартовское поражение в Испании.

 

О том, как прошел этап на Левкаде, рассказывает сам Егор Попретинский.

 

Формат этих соревнований больше подходит для европейцев. Все этапы находятся на известных европейских виндсерфовых курортах. Русскому добираться до них труднее, но другого способа участвовать и выигрывать все равно нет. В этом году должно быть восемь этапов. Кубковая система. Мы выходим один против другого, ветер одинаковый, вода тоже одинаково неровная. Нужно за пять минут сделать элементов больше, чем соперник. А еще они должны быть сложнее, разнообразнее и красивее.

 

Победитель идет в следующий круг. Проигравший едет домой.

 

Левкада – это остров на Адриатическом побережье Греции. Между Корфу и Кефалинией с Итакой. Ну, не совсем остров, там пролив – с полкилометра, наверно, соединен автомобильной дорогой с «материком». Раздувает во второй половине дня. Красиво очень, но скучно.

 

Соревновательный ветер был только в первый день, потому программа ограничилась обычным кубковым турниром с выбыванием.

 

В поединке с первым соперником – испанцем Рафом Серверо – мы оба катали на 5,2. Ветер был совсем непредсказуемый, на сильных порывах мы оба сделали e-slider, ponch, grubby, flaka, но он один раз упал, а я сделал очень амплитудную shaka перед судьями, ponch на оба галса и выиграл.

 

Против Андреаса Оландерссона я катал также на 5,2, он был на 5,0. Раздуло. Мне было ужасно много!

 

Я сделал хорошую shaka-into-flaka, потом скоростную амплитудную air-flaka. Самому понравилось, как получилось. Потом switch-chacho, ponch на два галса, упал на shaka-diablo (передоз), потом grubby, потом попытался сделать ponch с одной рукой и упал (но это, скорее всего, судьи и не засчитали, так как вышел за зону соревнований). Оландерссон делал простые элементы типа flaka, grubby, front-loop, spock, e-slider. Судьи посчитали, что он катал не очень красиво и не амплитудно. Я выиграл.

 

В заезде против Пасковски вроде бы раздуло сильнее. Мы оба вышли на 4,7.

 

Первую минуту мне не хватает вообще. Паско уже делает e-slider и double-flaka, так как он легкий и тощий. Наконец приходит порыв, я делаю flaka, затем очень крутую shaka-into-flaka, потом, кажется, мою лучшую double-flaka из всех, которые я делал (очень агрессивную и быструю), потом e-slider. Тем временем Паско делает что-то из свича и shaka-into-flaka. Вроде бы выравнялись. Мы оба на правом галсе одновременно делаем хорошие пончи в 2-х метрах друг от друга, а затем я падаю на switch-chacho-diablo и на shaka-diablo. Рискнул, когда перебрасывал парус в diablo на этих трюках, а на передозе это было зря. Тем временем Паско делает toad вне зоны соревнований, но ему этот трюк, кажется, засчитали. Он не падал и победил...

 

На соревнования Еврокубка доезжают не все лучшие, но в первой пятерке Европы – все из первой мировой десятки.

 

Соперничать с ними тяжело, но если без этого, наскоками, то вероятность хорошего результата в будущем году будет меньше. Думаю, что мне удалось правильно подготовиться к этому сезону. Два года назад я в первый раз оказался на европейских соревнованиях. После этого я внимательно смотрел, где тренируются лучшие фристайлеры, как, почему. Что они делают, как подходят к тренировкам, какая роль физухи, кто более координированный, кто как прогрессирует, почему одни легче, а другие никак…

 

Ну а то, что пошли результаты – это еще и из-за того, что я в начале этого года провел два месяца на венесуэльском острове Маргарита.

 

Условия там, конечно, паршивые: ветер рваный, волновой чоп… Зато там живут самые лучшие в мире фристайлеры. Там дом Риккардо Кампейо, трехкратного чемпиона мира, который сделал фристайл современным. То, что было до него – занудное пижонство. Там живет Гойито, экс-чемпион мира и лучший из фристайлеров в виндсерфинге. Туда к ним приезжают все остальные. На неделю, на месяц.

 

Именно потому они и лучшие, что они постоянно соперничают друг с другом, на виду друг у друга.

 

Их продвигают не условия, а мотивация. Ну и важно то, что если ты сделаешь какой-то элемент там, ты сумеешь показать его и на любом другом споте. А в Дахабе, где я до этого жил и тренировался, условия, близкие к идеальным. Едешь после Дахаба на соревнования – и валишься на знакомых элементах в реальных условиях.

 

Сейчас помимо выступлений в Кубке Европы у меня несколько задач:

 

хочу выучить испанский (это нужно для свободного общения в моей среде) и найти средства на два видеопроекта. Есть интересные идеи проведения соревнований, которые позволили бы «развить» мой спорт и сделать более удобный и интересный для телевидения формат.

 

13–15 июня в Греции (но на этот раз не на юге, а на севере Левкады) состоится четвертый этап Кубка Европы по фристайлу. Егор Попретинский обещал рассказать читателям «Газеты.Ru» о своем участии в нем в середине следующей недели

Источник

«Не так, как в нормальной жизни»

Виндсерфер из Санкт-Петербурга Егор Попретинский удачно стартовал в международных соревнованиях по фристайлу. В конце марта в испанской Тарифе Егор смог опередить в личном поединке двукратного чемпиона Европы Андре Пасковски, заняв 6-е место, а в начале мая в австрийском Подерсдорфе он разделил с ним 9-е место и выиграл у 6-го номера прошлогоднего мирового рейтинга Томаса Траверсы. В интервью корреспонденту «Газеты.Ru» Попретинский рассказал о своих впечатлениях от соревнований и поделился планами на будущее.

 

– Егор, расскажи о месте, где проходили последние соревнования.

 

– В Австрии есть такое место – Подерсдорф. Там находится озеро Нойзайдлер-Зее. Это в самом центре Европы, на границе с Венгрией, рядом Словакия. Озеро мелкое, по пояс, потому нормально прогревается уже в мае. Там всегда было много виндсерферов. Говорят, что, когда граница между Австрией и Венгрией была на замке, на австрийской стороне все равно полулегально катались сотни виндсерферов. Сейчас это озеро по уикендам переполнено серферами, а фестиваль, в рамках которого прошли соревнования, ежедневно посещали десятки тысяч человек.

 

– Какие были погодные условия во время соревнований?

 

– Ветра было немного. Это привело к тому, что этап свелся к турниру с выбыванием: по восемь минут четыре райдера на воде, две пары, один проходит, другой вылетает. И так до финала.

 

– Расскажи о своих соперниках.

 

– Первым моим соперником стал бразилец, который объективно был слабее меня. Но мне не повезло, потому что я пропустил начало заезда, а когда понял, что мой заезд начался, прошло больше половины заезда. К счастью для меня, ветер «скис», объявили перезаезд. Там уже вопросов не было. Вторым соперником стал Томас Траверса, шестой номер мирового рейтинга, третий призер, пожалуй, самого престижного фристайлового турнира в мире – в Фуэртавентуре. Это был очень серьезный соперник. За три недели мне удалось поднять всю информацию о нем. Я понял его слабые и сильные стороны, и это дало мне дополнительную уверенность в своих силах. Ну и то, что мне удалось его обойти, – это очень хороший результат. В этом заезде старт тоже давали дважды. Если в первом заезде мы были примерно вровень, то во втором мне удалось откатать очень хорошо, с третей суммой дня, а соперник, напротив, пытался меня догнать и упал четыре раза. А выиграл этап сильнейший – венесуэлец Эстредо. Очень сильный райдер и очень позитивный человек, с которым я вместе тренировался весь январь и февраль.

 

– Как ты думаешь, молодым виндсерферам сейчас легче показывать высокие результаты и выигрывать?

 

– Когда пять лет назад семнадцатилетний Риккардо Кампейо стал чемпионом мира, кто-то из кумиров прошлого сказал, что, когда он сам прыгает фронт-луп, у него перед глазами успевает пронестись вся его жизнь, а когда прыгает Риккардо, у него перед глазами и пронестись нечему. Потому он так и прыгает. Сейчас во фристайле время двадцатилетних. Пока человек не узнает, что такое травмы, у него отсутствует чувство опасности. Его возможности, наверное, не имеют предела. Ну и, пока человек еще не заматерел, у него лучше «летные» способности. Все-таки одному и тому же ветру не все равно, поднять в воздух 60 килограммов или 90.

 

– Как ты оцениваешь сейчас свои результаты?

 

– Выступил я в целом хорошо. Прошел два круга и «срезался» в третьем – на вице-чемпионе мира 2006 года Тати Франсе с Бонейра. Он легче меня, поэтому ему было попроще. Хотя у меня шансы были. В следующий раз, думаю, смогу лучше. Ну, это все-таки этап чемпионата мира! И судьи, думаю, при прочих равных все равно делают ставку на известного райдера, а не на дебютанта. В итоге я сейчас в европейском рейтинге где-то на 6–7-м месте, а в мировом – во втором десятке.

 

– Чувствуешь ли ты, что «вышел в космос» по сравнению со всеми остальными российскими фристайлерами?

 

– За космосом это точно не ко мне. Хотя, если космос – это не место, а какие-то ощущения, тогда да, может быть.

 

– Какие твои следующие шаги? На какие соревнования поедешь?

 

– Всего в году около 10 крупных международных соревнований. На некоторых из них может не быть ветра. Надо успеть переехать с этапа на этап, решить проблемы с визами, билетами, матчастью. Несколько соревнований проходят в одно время. Следующие соревнования будут в Греции. Есть такой остров – Левкада, рядом с Корфу. Там будет два этапа: один на юге острова, в Василиках (кто был в Дахабе, тот наверняка видел там английскую станцию – филиал этой школы), а другой на севере. Я собираюсь поехать туда за две недели до соревнований, чтобы вкататься, повысить стабильность исполнения, возможно, повысить сложность программ. Летом будут еще два важнейших этапа мирового тура на Канарах. Если будут шансы на удачное прохождение Евротура, между этими двумя этапами надо успеть попасть на соревнования в турецких Алачати. Два года назад мой первый успех был как раз там.

 

– Слышала, вы готовите какие-то соревнования в Дахабе?

 

– Да, с русскими и немецкими друзьями мы готовим совсем новый, резонансный проект соревнований по профессиональному фристайлу и любительским гонкам в Дахабе. Если сумеем, еще и в Эль-Туре проведем. Это будут соревнования с участием самых лучших райдеров Европы. Этот проект был задуман мной и двукратным чемпионом Европы Андре Пасковски. Возможно, к нему подключится еще два совсем неожиданных лица из топ-райдеров PWA, и проект выйдет за рамки Дахаба.

 

– Кто оплачивает твои тренировки, матчасть, переезды?

 

– С матчастью сейчас мне помогает фирма «Внештрейдсервис». На последних соревнованиях мне удалось пройти в международную команду JP/Neil Pryde, так что теперь, наверное, будет лучше. У меня также подписан контракт с ONeill, которому скоро полтора года. А деньги на выступления – это кредитные деньги. Мой спорт не олимпийский, потому о поддержке государства речи никогда не было. Но, с другой стороны, это действительно современный, актуальный спорт. И он мне нравится. Здесь ты не столько сражаешься со своим соперником, сколько сам с собой. Можно сказать и о том, что это понимание ветра, волн, умение их использовать себе на пользу, но это еще и мой путь в жизни. Последние мои успехи делают мои поездки на соревнования окупаемыми за счет призовых. Следующий этап – сделать их прибыльными. Есть проекты, связанные с возможными доходами рядом со спортом. Но все это вопрос распределения сил.

 

– Почему ты пропустил февральский турнир в Египте «Русская волна»? Там же были нормальные призовые деньги.

 

– Пропустил исключительно по финансовым же соображениям. Во-первых, зачем жлобиться? «Русскую волну» я уже выигрывал дважды. И что она принесла мне, кроме пары каких-то фотографий на фоне чужих спонсоров? А так хоть кому-то она доставила удовольствие. Я в дни «Волны» тренировался в Венесуэле. Для того чтобы участвовать в европейских и мировых соревнованиях, нужно тренироваться рядом с теми, у кого можно чему-то научиться. День пребывания на Маргарите – это 25–30 евро. Для того чтобы участвовать в «Волне», надо было уехать с тренировок на 3 недели раньше. Для чего? Чтобы еще год тупить в Европе на «дцатых» местах? Я отказался от призовых «Волны» и потратил еще почти штуку баксов на тренировки, потому что для меня не было альтернативы. Так хотя бы у меня есть цель, в направлении которой нужно двигаться, и я понимаю, что для нее я делаю все что могу.

 

– Какое место в твоей жизни сейчас занимает виндсерфинг?

 

– Года три назад мне удалось для себя понять, почему мне нравится виндсерфинг, и я в нем остался, а потом решил стать профессиональным спортсменом. В виндсерфинге есть возможность ощущать себя не так, как в нормальной жизни. Ты катаешься, движешься, плывешь как будто совсем по другим законам физики. В нормальной жизни такие нагрузки, такое равновесие, при котором ты находишься почти параллельно воде, невозможно. Это и невесомость, и состояние гармонии, будто у тебя появляется дополнительное ощущение свободы. Свободы изнутри, из тебя и откуда-то извне. Это возможность самому определить, как и по каким физическим законам ты хочешь жить и двигаться.

http://www.gazeta.ru/

«Если хочешь расти, уходи из российского междусобойчика»

Сева Шульгин – один из самых известных российских виндсерферов. Почти восемь месяцев в году его нет в Москве: он путешествует по всему миру, ищет свою волну и параллельно с этим успевает заниматься пропагандой виндсерфинга в России.

 

Корреспондент «Газеты.Ru» встретилась с ним перед стартом очередного фестиваля «Русская волна», который устраивает Шульгин, и поговорила о виндсерфинге, флирте, влиятельных людях и свободе.

 

– А что в этом году поменялось на «Русской волне»? В какую сторону она двигается?
– «Волна» на правильном пути. Спорта на фестивале стало в четыре раза больше. Если виндсерфинг раньше был представлен исключительно фристайлом, то в этом году будут две дисциплины – фристайл и слалом. Это почти разные виды спорта, например, как ралли и «Формула-1». Кроме того, в течение всего фестиваля будет работать бесплатная школа виндсерфинга для начинающих.

 

В этом году в полной мере будет представлен и кайтсерфинг: приедут около 40 участников, будут проведены полноценные соревнования с хорошим призовым фондом. Еще в этом году у нас будет вейкборд. С помощью него мы страхуемся от отсутствия ветра. Кроме соревнований по вейку пройдут тесты и мастер-классы, на которых каждый сможет попробовать покататься на доске за катером. Таким образом, «Русская волна» превращается из фестиваля по виндсерфингу в фестиваль по всем водным видам спорта. Конечно, кроме дайвинга. Этого у нас никогда не будет.

 

– А аквабайк?
– В Египте это запрещено по соображениям экологии. Если бы не это, мы бы и аквабайки включили в программу. Основная задача фестиваля – это продвижение всех этих видов спорта. Главное – через тусовку, через красивых людей, через музыку и ощущение праздника привить людям некое понимание, что есть такое виндсерфинг, вейкбординг и кайт. Ведь раньше все эти тусовки были закрыты для остальных, это была какая-то отдельная каста. И люди даже боялись к ним подойти. Но мы стараемся сделать так, чтобы каждый, кто приехал на фестиваль, понял, что ничего пафосного в этом нет. А через призму праздника, ощущения любви и флирта гораздо проще сломать барьеры между спортсменами и остальными.

 

– Кто приедет из бизнес-элиты?
– Приедет очень много влиятельных людей. Друзья фестиваля: губернатор Тверской области Дмитрий Зеленин, Александр Косьяненко, глава «Русского Дома Недвижимости» Алексей Преображенский, Сергей Липский, Михаил Латышев, Дмитрий Хмельницкий, Алексей Шулепов и многие другие известные в мире политики и бизнеса люди. Но на фестивале все равны: никто не приезжает на дорогих машинах и не ходит по отелю с охраной. Надел шорты, вышел из своего номера – и ты как все.

 

– Это твоя заслуга, что богатые и влиятельные люди начинают увлекаться виндсерфингом?
– В целом, конечно, я много сделал для продвижения этой культуры, но не я привел их в виндсерфинг. Эти ребята достаточно давно им занимаются.

 

– Ты как-то называл соревнования по виндсерфингу, которые проводятся в России, «днем сурка». Дескать, везде одни и те же лица, и все из года в год остается прежним. Сейчас ситуация как-то поменялась, на твой взгляд?
– А я на российские соревнования уже и не езжу. Это какие-то полупалаточные тусовки с котелками… Если честно, они меня не особо интересуют. Из интересных событий остался только Black Sea Cup. Его организаторы пытаются уйти от междусобойчика и сделать праздник, как и мы: с музыкой, с вечеринками, концертами. Но все равно это как-то натужно. То, что я видел, меня особо не возбуждает. Россия как была, так и осталась пока такой.

 

– Есть ли у нас шансы вылезти из «болотного виндсерфинга»?
– Нет. Виндсерфинг полностью привязан к ветру, а в России ветра практически не бывает. Конечно, есть мекки – Анапа, Ейск, но там люди сидят и ждут ветра, которого может не быть по полгода. Мне, например, проще поехать покататься в Марокко или на Кабо-Верде, чем ждать у Черного моря погоды. К тому же, в России ты оставишь даже больше денег, сил и времени. Но кому-то нравится сидеть, жечь костры, ждать ветра.

 

– Понятно, что эти люди не просто жгут, они общаются. Кстати, интересно, серф-комьюнити – это чисто российское явление? В остальном мире серферы «сбиваются в стаи»?
– Это чисто российское. Нигде в мире такого не существует. Виндсерфинг – это не командный спорт, это спорт личностей. А личности, как показывает опыт, уживаются друг с другом сложно. Поэтому на Западе они существуют обособленно. Где бы я ни был, я видел только одну объединяющую силу – волну. Встретились на пляже – «привет-привет, идет волна, пошли покатаемся». Пришли, покатались – «пока-пока». Вот и все. Потом они могут месяц совершенно спокойно жить и не знать о существовании друг друга.

 

– А как же обмениваться опытом, если ты катаешься сам по себе?
– Во всех видах спорта так: лучше быть худшим среди лучших, чем лучшим среди худших. Если хочешь расти, уходи из этого российского междусобойчика! Тянись к другому уровню. Так, например, как это сделал Егор Попретинский. Как только он вышел на европейский уровень, он сразу стал вне конкуренции среди российских фристайлеров. Так же поступил и Макс Михайлушкин. Стоило им только вырваться за пределы своей тусовки, они начинали прогрессировать. Нужно стараться тренироваться не в России, а где-нибудь в Венесуэле, на островах Карибского бассейна или в Европе. Много туров проходит в Греции, Турции, Австрии, Германии. Это самый верный путь. А все остальное – это палатка и костер.

 

– Да, это все здорово. Но, видимо, многим придется пожертвовать?
– Да, например, если всю зиму тренироваться, а все лето соревноваться, то нет возможности учиться. Но многое поставлено на карту, если ты хочешь вырваться и соревноваться с мировыми лидерами. Те парни уже живут там, куда нашим парням надо только еще ехать.

 

– Общаешься ли ты с авторитетами мирового виндсерфинга?
– Конечно, я их всех знаю. Сейчас я занимаюсь дистрибуцией серфовых брендов, так что до сих пор со многими работаю. Наша дружба переросла в некий бизнес. Я привозил в Россию таких легенд, как Джош Ангуло и Брайан Талма. Но я этим не кичусь, потому что это нормально: ведь мы жили на одном острове, на Гавайях, и все друг друга хорошо знаем. Раньше, когда я смотрел видео с их участием, они мне казались богами. Когда я познакомился с этими людьми, мое отношение изменилось. Идолопоклонничества нет – мы просто хорошие приятели и помогаем друг другу в бизнесе.

 

Мне легко общаться с теми, кто разделяет мои взгляды на виндсерфинг: что это спорт не для победы, а для удовольствия, для преодоления себя. Безусловным авторитетом для меня является мой товарищ Александр Злобинский. Этот человек мне невероятно много дал. Каждая поездка с ним – это некий ключик в жизни, подсказка, с помощью которой я начинаю по-другому смотреть на многие вещи. Это человек абсолютно состоявшийся в бизнесе и в жизни. Он построил систему, которая теперь уже сама на него работает. Поэтому он может себе позволить отвлекаться и путешествовать. Я даже за ним не поспеваю.

 

– А что тебя лично мотивирует в жизни?
– Поиск хорошей волны – это то, что никогда не надоедает. И эта цель мотивирует все остальное. Она мотивирует на то, чтобы зарабатывать на это, не останавливаться и двигаться дальше. Волна дает тебе заряд энергии на несколько месяцев, чтобы ты мог вспоминать об этом и чувствовать, что это было здорово.

 

– Куда ты в ближайшее время отправишься за волной?
– На острова Зеленого Мыса. Там одни из самых серьезных волн на планете. Еще не был в Австралии и Новой Зеландии. Хочу еще туда съездить. Вообще, сейчас, после того как я объездил почти весь мир, мое расписание по путешествиям свелось к четырем местам: Марокко, Гавайям, Кабо-Верде и Маврикию. Туда я езжу теперь по одному–два раза в год. Я знаю, какое там качество волн, и оно меня устраивает. По этим поездкам я отснял большое количество видеоматериала и скоро начну монтировать новый фильм.

 

– А ты пробовал на Гавайях кататься на самой большой волне Jaws?
– Нет, не пробовал. Чтобы оседлать такую волну, нужна серьезнейшая подготовка: это и спасатели, и специальное оборудование, и техническая команда, и операторы-фотографы (потому что это может быть твоя последняя волна). На эту волну даже просто так не попадешь: она упрятана в отвесные скалы по 150 метров. Нужно брать катер, на нем плыть до волны, потом на катере вооружаться. Это не просто «покатушки», а настоящий проект, который надо серьезно готовить. У меня был период, когда я был к этому готов – в 2004-м. Я тогда долго жил на Мауи, но волны Jaws не дождался.

 

– Твоя детская школа виндсерфинга на Гавайях до сих пор существует?
– Теперь мы ездим в Марокко. Летать на Гавайи стало невероятно дорого – родители большинства детей не могут себе этого позволить. Марокко – это тоже океан, но ближе и дешевле. И условия там достаточно серьезные. Я со своей командой туда езжу каждое лето и новых ребят беру.

 

– У тебя есть какая-то своя методика обучения?
– Нет. Я больше стараюсь не столько учить ребят кататься на виндсерфинге, сколько прививать им уважение к природе и стихии. Я не беру детей с нуля. Я беру тех, что уже умеют стоять на доске, и учу их кататься на волнах. Я им прививаю любовь к виндсерфингу через призму уважения к природе, океану, стихии.

 

– У тебя остается время для чего-то другого, кроме виндсерфинга? Занимаешься ли ты каким-нибудь «духовным саморазвитием»?

 

– Путешествуя, я многое увидел, много узнал, но чем больше ты узнаешь, тем больше открывается вопросов. И на многие вопросы находишь ответы не только из эзотерических учений, а попросту смотря на мир широко открытыми глазами.

 

– Трудно совмещать спорт и бизнес?
– Нет в виндсерфинге никакого бизнеса. Это мышиная возня. Это даже не покрывает всех моих потребностей и запросов моей большой семьи. Если бы всю ту энергию, которую я трачу на популяризацию виндсерфинга, направить в бизнес, то я, наверное, заработал бы больше денег в разы. Но я это люблю и не хочу потерять ту степень свободы, которую имею сегодня. Я абсолютно свободен. Вот я сделал фестиваль, он закончится, а в начале марта я уеду и буду кататься в свое удовольствие.